ПреЛЮДИи чувств

Прелюдии Чувств
26 мая в 11:56

Этот снимок сделан 50 лет назад в Волгоградской области, где летом 1974 года снимали знаменитую кинокартину «Они сражались за Родину». На площадке перерыв – и четыре великих актёра случайно попали в объектив одной фотокамеры.
«Вася, а как ты думаешь...»
Работу над военной драмой «Они сражались за Родину» режиссёр Сергей Бондарчук развернул в окрестностях старинного хутора Мелологовский. Место определил Михаил Шолохов, чей роман лёг в основу фильма, а Бондарчук, по сути, выстроил хутор, от которого к 70-м годам осталось лишь несколько полуразвалившихся домов, заново – для съёмок . Избы, амбары, мельница, школа – всё было декорациями, донским Голливудом, как пошутил кто-то из киногруппы. На крыльце одного из таких домов и встретились Василий Шукшин, Юрий Никулин, Георгий Бурков и Иван Лапиков. Какими запомнил знаменитых актёров и какие отношения их связывали, рассказал фотохудожник Анатолий Ковтун, работавший на тех съёмках как корреспондент ТАСС.
– Я не раз видел этот снимок, но так и не смог выяснить имя автора, – вспоминает он. – Скорее всего фото любительское – Георгий Бурков в нижнем белье это подтверждает, профессионал не позволил бы себе снять его в таком виде. Так иногда бывает, что кто-то снимает на память, а получается художественная фотография. Этот снимок интересен оригинальной композицией – я бы назвал его кинокадром, настолько гармонично расставлены фигуры. Тут есть главный герой – Василий Шукшин, к нему приковано внимание, в то же время все они составляют единое целое.
Шукшин был центром притяжения не только на этом снимке, но и вообще на тех съёмках. И Стоило ему присесть, просто остановиться – и вокруг, вспоминает Анатолий Ковтун, тут же собирались люди:
– Ему постоянно о чем-то рассказывали. Я не раз был свидетелем, как, например, Юрий Никулин подсаживался с вопросами, просил совета. Даже от Бондарчука постоянно можно было слышать: «Вася, а как ты думаешь...» Посмотреть, послушать, просто рядом посидеть уже было удовольствием для многих. При этом сам Шукшин почти не разговаривал, был весь в своих думах.
«Где Никулин, там каскад шуток»
Юрий Никулин в своей книге «Почти серьёзно...» сравнивал Шукшина на съёмках у Бондарчука с тем, каким помнил по совместной работе у Льва Кулиджанова в фильме «Когда деревья были большими» тринадцатью годами раньше – и открывал его для себя заново:
«Наблюдая за Шукшиным, я стал смотреть на него как бы через объектив скрытой камеры: как он репетирует, как разговаривает, как держится с людьми. Внешне все очень просто. Я бы даже сказал, что Шукшин был излишне скромен… В обычной жизни он говорил скупо, старательно подыскивая слова, часто сбиваясь, несколько отрывочно и скороговоркой вставляя массу междометий и комкая концы фраз. Не все порой становилось понятным при разговоре с ним, но я всегда удивлялся глубине его мыслей, метким замечаниям при оценке какого-либо события или человека. Он удивительно умел слушать собеседника...»
– На снимке Юрий Никулин явно рассказывает очередной анекдот. Он это делал постоянно. Бурков, например, тоже часто шутил, ерничал, но Никулин был профессионал: там, где он появлялся, всегда был каскад шуток, это была его стихия, – говорит Анатолий Ковтун. – Для Шукшина же такой «жизненный подход» был неприемлем, шутки по любому поводу его раздражали. Он мог стерпеть, но по тому, как он тут смотрит на Никулина, видны его настоящие чувства.
Однажды за обедом на теплоходе «Дунай», где жили члены съёмочной группы, Василий Шукшин оставил в книге отзывов запись о том, как ему понравилось обслуживание официантки. Увидев это, Юрий Никулин попросил передать книгу и ему.
– Он взял ее в руки и стал громко зачитывать, что написал Шукшин и кто подписался, – вспоминает Анатолий Ковтун, который присутствовал на том обеде. – Смотрю, а у Шукшина желваки заработали и он тихо так произнес: «Вот ты...» Почти ругнулся, в общем. Он таких вещей не любил и не понимал. В целом они нормально общались, но точно не дружили.
«С Бурковым получался актёрский разговор»
В картине Бондарчука вместе с Шукшиным снимались два его друга – Алексей Ванин и Георгий Бурков. Анатолий Ковтун, прилетевший из Москвы готовить фотоочерк, на две недели неожиданно для себя влился в эту маленькую компанию.
– Я до этого много снимал Шукшина дома, на даче, с семьёй, – рассказывает он. – Василий Макарович меня и пригласил на съёмки. Я опасался, что это поручат кому-то другому – у ТАСС на месте были корреспонденты, – но когда удалось вырваться, дал на съёмки телеграмму, что еду. В Клетском, на площади, куда привозят пассажиров местных авиалиний, меня встречали Шукшин, Бурков и Ванин. Было очень приятно. Съемки начались только через неделю, потому что не пришла военная техника, и, пока было свободное время, актёры читали сценарий, проговаривали тексты, встречались с солдатами, которых привезли для массовых сцен, рыбачили на Дону. Часто ездили в Клетский, но это уже вчетвером – Шукшин, Ванин, Бурков и я.
С Алексеем Ваниным Шукшина сближало то, что оба родились и выросли на Алтае и остались в душе деревенскими людьми. Его дружба с Георгием Бурковым, по мнению Анатолия Ковтуна, была другой природы:
– К Шукшину каждый хотел в друзья, но круг общения у него был очень маленький – для этого надо было быть либо похожим на него, либо интересным для него. Бурков был мягкий, интеллигентный, не очень навязчивый человек, но они с Шукшиным были совершенно разные. А сближало их то, что у них складывался особый – творческий, актерский – разговор. Кстати, не представляю, как получилось, что Бурков на снимке в трусах. Видимо, из-за жары – температура была очень высокой, в гимнастерках и сапогах актёры мгновенно становились мокрыми и при любой возможности старались переодеться. Тут у них явно очень короткий перерыв, а Бурков в съёмках не участвует. Но все равно странно, что он оказался в таком виде – пусть даже в чисто мужской компании – и дал себя сфотографировать.
«Лапиков выговаривал своего героя»
Особняком на этой фотографии – Иван Лапиков. Замечательный актёр, он был очень скромным человеком – и, как бывает с такими людьми, всё время оставался в тени. Лапиков – участник битвы за Сталинград, и к нему, как и к фронтовикам Алексею Ванину и Юрию Никулину, съёмочная группа постоянно обращалась за советами.
– Играл он так, что оторваться было невозможно: смотришь на него и забываешь, что перед тобой актёр, – рассказывает Анатолий Ковтун. – Он будто даже не играл, а выговаривал своего героя – жил им, был им. С Василием Макаровичем так же было – иногда я забывал, что передо мной Шукшин, я видел защитника-освободителя,. солдата Лопахина. Лапиков был актёр такого же редкого типа. А в жизни он все время держался в стороне. Помню, он присел покурить в перерыве съёмок, подошёл Шукшин. Тут же появился Бурков, стали подтягиваться другие. Только так Лапиков мог оказаться в центре компании. Вот и на этом снимке он в стороне – вроде бы со всеми, но один. Тут вообще прекрасно видно, кто каким был. Как будто это театральная мизансцена и режиссёр посадил каждого на то место, которое ему отведено. И Шукшин, конечно, в центре...
Василий Шукшин был единственным, кого утвердили в картину «Они сражались за Родину» без проб – он был абсолютно шолоховский герой, Сергей Бондарчук хотел видеть в роли Петра Лопахина только его. Несмотря на любовь к произведениям Шолохова, актёр между тем признавался, что дал согласие, главным образом чтобы посмотреть, как снимаются массовые сцены – он готовился к работе над собственной картиной «Степан Разин». Кроме того, съёмки у Бондарчука открывали для Шукшина-режиссёра дорогу на «Мосфильм».
Все его мечты, надежды и планы оборвались внезапно: в ночь на 2 октября 1974 года на съёмках фильма «Они сражались за Родину» Василий Шукшин умер.