Ты на понтах, я на каблуках.©

Ты На Понтах, Я На Каблуках.©
7 мая в 03:23

Выйдя из тюрьмы, девушка первым делом понесла букет на могилу мужа. Наклонившись, чтобы возложить цветы, она заметила прячущуюся дочь охранника кладбища.
Подозвав её и угостив конфетой, женщина услышала, как девочка прошептала:
— Тётя, там же никого нет… Хочешь, я расскажу тебе секрет? Женщина замерла от слов малышки и начала внимательно слушать…

Тяжёлые железные ворота колонии строгого режима со скрежетом распахнулись, выпуская на свободу худощавую женщину средних лет. Анна Кревцова остановилась на пороге новой жизни с единственным желанием — забыть восемь лет кошмара, превративших её из счастливой жены в убийцу собственного мужа.

Сентябрьское солнце слепило глаза, отвыкшие от яркого света. В руках она сжимала потёртую сумку с нехитрыми вещами и конверт с деньгами, заработанными в тюремной швейной мастерской. Всего тридцать тысяч рублей — всё, что у неё осталось после восьми лет заключения.

Анна медленно шла по пыльной дороге к автобусной остановке. Каждый шаг давался тяжело — не телом, а душой. Мир изменился. Её арестовали в тридцать, теперь ей было тридцать восемь, и впереди — пустота.

Тот вечер до сих пор преследовал её. Ссора из-за денег, пьяный муж с запахом чужих духов, крики… Потом — резкая боль в затылке и темнота. Очнулась она уже под вой сирен. Александр лежал в луже крови, рядом — окровавленная кочерга. Следствие было быстрым, приговор — беспощадным. Никто не слушал её слов о том, что она ничего не помнит.
В тюрьме Анна научилась выживать. Работала, читала, ждала писем, которые со временем перестали приходить. Единственным светлым человеком стала Татьяна Сергеевна — пожилая женщина, научившая её не терять надежду. На прощание она подарила Анне маленькую иконку и прошептала: «Когда выйдешь — сходи к нему. Правда всегда всплывает».
Первым делом Анна купила шесть белых хризантем и поехала на кладбище. Могила мужа оказалась заброшенной. Простая табличка: «Любимый муж и сын». Анна горько усмехнулась и принялась расчищать сорняки. Слёзы текли не по Александру — по украденным годам жизни.

Она не заметила, как за ней наблюдают. Лишь под вечер почувствовала взгляд и обернулась. За соседним надгробием стояла девочка лет шести.

— Света, — представилась она. — Мы тут живём. Папа сторож.

Разговор тянулся сам собой, пока девочка вдруг не сказала странное — о старом стороже, о «неправильных» могилах, о том, что не всегда в них лежит то, что должно.
Анна сжала ладони.

— А здесь… мой муж, — тихо сказала она.
Света посмотрела на неё внимательно и прошептала:

— Тётя Анна, а папа говорил… что из этой могилы он видел…
Продолжение - vk.cc/cXwrFA