Для ВАС, РОДИТЕЛИ!(дети)

Для Вас, Родители!(дети)
25 марта в 19:24

«Пойдем, Ивонн. Теперь она такая же, как все…»: великая тайна железного генерала де Голля

Если вы вспомните кадры кинохроники с Шарлем де Голлем, перед вами предстанет человек-монумент. Двухметровый рост, идеальная военная выправка, ледяной, непроницаемый взгляд. Для всего мира он был спасителем нации, политической глыбой, генералом, которого даже домашние никогда не видели по утрам без идеально застегнутого мундира.

Но за этими стальными доспехами скрывалась невероятно щемящая, хрупкая история, о которой Франция узнала лишь спустя годы. У этого железного человека была одна абсолютная слабость. И звали её Анна.

Девочка родилась 1 января 1928 года. Вскоре врачи отвели генерала и его жену Ивонн в кабинет и опустили глаза. У малышки был синдром Дауна.
В начале XX века это звучало как позорный приговор. Таких детей пренебрежительно называли «монголоидами», а светское общество считало их появление наказанием за грехи или алкоголизм предков. Врачи деликатно, но настойчиво советовали де Голлям: «Сдайте её в специализированный приют. Забудьте. У вас есть старшие дети, не ломайте им жизнь».

Генерал побледнел, резко оборвал врача и сказал фразу, ставшую девизом его семьи:
— Она не просила приходить в этот темный мир. Но раз она здесь, мы сделаем всё, чтобы она была абсолютно счастлива.

В их доме действовал негласный, но железобетонный закон: Анна — полноценный член семьи. Её никогда не прятали от гостей по задним комнатам.

Но самое удивительное происходило, когда де Голль оставался с дочерью наедине. Жесткий диктатор, способный одним взглядом заставить замолчать министров, превращался в любящего, мягкого плюшевого медведя. Он опускался на колени на ковер, танцевал для нее нелепые танцы, пел старые французские шансоны и разыгрывал пантомимы. Он разрешал ей часами перебирать его боевые ордена. В целом мире он был единственным человеком, который умел вызывать у Анны счастливый, заливистый смех.

Ее интеллект так и остался на уровне маленького ребенка. За всю свою жизнь Анна смогла четко произнести лишь одно-единственное слово. Это было слово «папа». И ради этого слова отец был готов свернуть горы.

Де Голль ни на секунду не расставался со снимком Анны. Эта фотография всегда лежала в нагрудном кармане его кителя или в портфеле. В августе 1962 года, уже будучи президентом Республики, он попал в страшную засаду в Пти-Кламар. Террористы буквально изрешетили его «Ситроен» из автоматов. Де Голль чудом остался жив. Позже, осматривая машину, охрана обнаружила поразительную вещь: одна из пуль, летевшая прямо в цель, изменила траекторию, угодив в плотную рамку с фотографией Анны, лежавшую на задней полке.
«Даже с небес моя девочка продолжает меня защищать», — тихо сказал тогда генерал.

С небес — потому что к тому времени Анны уже не было в живых.

Она скончалась от пневмонии в феврале 1948 года, в возрасте 20 лет, на руках у своего отца. Де Голль, человек, не проронивший ни слезы в самые страшные дни Второй мировой войны, рыдал над ее постелью.
В день похорон, когда маленький гроб опускали в холодную зимнюю землю сельского кладбища, генерал крепко сжал руку своей плачущей жены Ивонн и произнес слова, от которых у присутствующих перехватило дыхание:
— Пойдем, Ивонн. Не плачь. Теперь она… теперь она такая же, как все другие.

Де Голль ушел из жизни в 1970 году. За свою жизнь он спас честь целой страны и восстановил демократию. Он мог бы лежать в Пантеоне в Париже, рядом с величайшими королями и полководцами Франции.

Но в своем завещании он категорически запретил пышные государственные похороны. Он попросил лишь об одном: похоронить его на старом, заросшем травой деревенском кладбище в Коломбэ-ле-Дез-Эглиз.

Под простым белым крестом. Прямо рядом с его любимой девочкой, которая так и не научилась говорить, но научила самого сурового генерала столетия чувствовать, жалеть и любить.