Почему дочь императора 15 лет прожила в девственном браке, а потом сбежала на ферму с простым офицером?
Я перечитал десятки историй о Романовых, но судьба Ольги Александровны выбивается из всех шаблонов. Представьте: младшая дочь Александра III, любимица отца-богатыря, который мог гнуть кочерги голыми руками. Она родилась в Петергофе в 1882 году, когда её родители уже были императором и императрицей. Из шести детей только её называли багрянородной — титул, который подчёркивал, что она появилась на свет в царской порфире.
Отец души в ней не чаял. Маленькая Ольга пряталась под его массивным столом в кабинете, прижимаясь к овчарке Камчатке, и чувствовала себя в полной безопасности. На уроках ей одной разрешали рисовать — так она запоминала материал. Учителя только диву давались: девочка обладала настоящим художественным талантом. Но в 12 лет мир рухнул — отец умер в 49 лет, и детство кончилось.
Когда Ольге исполнилось 18, начались разговоры о замужестве. Балы и бриллианты её не интересовали, а мысль о том, что придётся покинуть Россию, приводила в ужас. Но жениха нашли быстро — принц Пётр Ольденбургский, старше на 14 лет, троюродный брат. Он даже сменил лютеранство на православие ради брака. Свадьба состоялась летом 1901 года, Ольга получила приданое в 3 миллиона рублей. И тут начинается самое странное.
Спустя 15 лет брака Ольга утверждала, что осталась девственницей. Она добилась расторжения брака через Святейший Синод, ссылаясь именно на это. Но Пётр вёл себя совсем не как равнодушный муж. Сохранились его письма к ней: «Милая, дорогая Ольга. Без Тебя очень скучно и наш дом кажется мёртвым. Я взошёл в Твою комнату, вспомнил пережитое в ней время с Тобой и у меня чуть не навернулись слёзы на глазах». В её собственном дневнике запись 1901 года: «Петя сказал, что я не давала ему спать, поскольку лежала поперёк кровати». А в 1902 году она пишет: «Сегодня Петино день рождения. Я его очень люблю!» Пара строила школы и больницы на свои деньги, Ольга работала в госпитале. Но чувства к мужу, похоже, так и не проснулись.
В 1903 году на параде в Павловске она увидела капитана кирасир Николая Куликовского. Один взгляд — и сердце было отдано навсегда. Она называла его «Кукушкин». Ольга потребовала развода, но Пётр отказал. И сделал неожиданный ход — назначил Куликовского своим адъютантом. Тринадцать лет длился любовный треугольник. Пётр не скандалил, не мстил, терпел сплетни. Император Николай II уговаривал сестру подождать. Императрица Мария Фёдоровна умоляла сына: «Общество распадается, а наша семья подаёт пример!»
В 1914 году началась война. Кукушкин ушёл на фронт. Ольга сказала мужу: «Я отправляюсь сестрой милосердия и никогда не вернусь к вам». Пётр промолчал. Она работала в госпитале по 15 часов в сутки, жила в одной комнате с другой сестрой, видела кровь, вшей, смерть. В 1916 году Пётр наконец дал развод. В ноябре того же года Ольга обвенчалась с Куликовским. Мать написала: «Ольга выглядела очаровательно в белом платье с венцом и фатой, лицо счастливое».
Счастье длилось недолго. Грянул 1917 год. Романовы бежали в Крым. Там родился первый сын Ольги — Тихон. В апреле 1919 года императрица Мария Фёдоровна и большинство выживших членов династии покинули Россию на корабле «Мальборо». Ольга осталась. Она надеялась на победу белого движения. Семья переехала на Кавказ, в станицу Новоминскую. Там, в полевых условиях, крестьянка принимала у неё роды второго сына — Гурия. Ольга научилась молоть кукурузу, печь хлеб, стирать, работать на огороде. Но в конце концов и они покинули родину. Она писала: «Меня постоянно мучил стыд. Я была уверена, что ещё вернусь».
В Дании, во дворце Амалиенборг, Ольга жила с матерью. Мария Фёдоровна относилась к полковнику Куликовскому как к простолюдину. Ольга стала для матери и подругой, и сиделкой, и горничной. После смерти императрицы в 1928 году разгорелся скандал с драгоценностями. Сестра Ксения тайно вывезла ларец в Англию и продала за 500 тысяч фунтов, отдав Ольге жалкие 40 тысяч. Ксения считала, что сестра, вышедшая замуж за «простолюдина», потеряла право голоса в династических делах.
На эти деньги супруги купили ферму под Копенгагеном. Ольга называла себя женой фермера. Она снова взялась за кисти — её картины хорошо продавались, и выручку тратила на благотворительность. «Богатыми мы не были, но на жизнь хватало. Какое это было счастье — жить своей семьёй, имея собственную крышу над головой».
Началась Вторая мировая война. Советская власть требовала от Дании выдать Великую княгиню — её обвиняли в помощи эмигрантам. Датское правительство не могло противиться Кремлю. В 1948 году, когда Ольге было 66, они с мужем уехали в Канаду как «сельскохозяйственные иммигранты». Она не унывала: «Канада напомнила мне Россию — те же просторы, похожая природа». Они купили ферму под Торонто. Соседи знали, кто она, но её простота и умение радоваться жизни всех успокоили. Для округи она стала просто «Ольгой», и ей это нравилось.
Годы брали своё. Сыновья уехали. У мужа сдало здоровье. Верная служанка Мимка, которая была с Ольгой ещё в Петербурге, осталась парализованной. Друзья советовали отдать её в пансионат. Ольга возмутилась: «Мимка — мой самый старый и близкий друг. С друзьями не обращаются как с изношенными перчатками». Она сама ухаживала за ней до самой смерти. В 1958 году не стало мужа. Он уснул и не проснулся. Сорок два года совместной жизни, все потрясения и невзгоды — вместе. «Стоит мне заплакать — не остановлюсь. Поэтому смеюсь», — говорила она.
Ольга умерла в 1960 году, в возрасте 78 лет. Похоронили её рядом с мужем на Йоркском кладбище в Торонто. Она рассказывала: «В Гатчинском парке был мостик через водопад. Мы с братом Михаилом стояли на нём, дрожали от страха, глядя на пенящиеся струи. Покидая мостик, мы чувствовали, будто чего-то достигли. Я хочу окончить свои дни с таким же чувством удовлетворения. Я старалась служить своей родине, как могла». Она ушла, смеясь над смертью. Её мостик не рухнул.
войдите, используя
или форму авторизации