В горах Афганистана, среди скал и вечного ветра, стоит скромный памятник. Не у братской могилы, не в музее, не на родине. Просто у дороги — гранитный камень с вырезанной звездой и надписью: "Мальцин Сергей В. 1965-85". Ни даты рождения, ни места службы не скажут вам многого. Но это — точка, в которой сошлись две страны, две судьбы и один бессмертный выбор.
Сергей Мальцин был обычным двадцатилетним пареньком из Нижегородской области. Водитель армейского грузовика, перевозивший грузы по сложнейшему перевалу Саланг. И однажды, когда в тоннеле ему навстречу на полной скорости вылетел автобус, полный афганцев — детей, женщин, мужчин — он успел сделать единственное возможное: рвануть в сторону, прямо в каменную стену. Он знал, что погибнет. Но сделал это. Без команды. Без оркестра. Без камер. Просто потому, что не мог иначе.
Машина разбилась. Он погиб. Автобус — остался цел. Десятки жизней — остались.
Памятник установили точно на месте его гибели. И вот уже почти сорок лет, несмотря на войны, разрушения, политические катастрофы — этот камень никто не тронул. Более того — его берегут. К нему проводят воду, обустраивают родник, ставят трубу. Идущие мимо водители притормаживают, пьют воду, молчат. Там не нужна речь.
Этот камень — не только про Сергея. Он про то, что человечность важнее флага. Что жертва, совершённая ради других, сильнее идеологии. Что если человек отдал свою жизнь, чтобы спасти чужую, — это остаётся. Даже в другой стране. Даже через десятилетия.
Сергей Мальцин не стал героем на обложке. Его подвиг не кричал. Но в Афганистане его имя живо. И если там, у холодной скалы, по-прежнему бьёт вода из трубы — значит, жива память. Жива благодарность. Жива правда.
войдите, используя
или форму авторизации