Истории на ночь...продолжение

Игорю понравилась запись

Истории На Ночь...продолжение
9 октября 2025

Да забирай эту рухлядь бесплатно! - кивнул богач зечке на старый дом с матерью… А приехав спустя год..
Старшая группа дома-интерната для детей-сирот готовилась к выпускному. Во всех комнатах царило праздничное настроение. Подростки строили планы, мечтали о счастливой взрослой жизни.

Дети, у которых где-то за оградой приюта были живы родители, решили найти их и посмотреть им в глаза. У Натальи таких планов не было. В детдом она попала в девять лет, после того как её родители, работавшие на севере, умерли один за другим от тяжёлого вирусного заболевания. Жили они в ведомственной квартире, поэтому, когда Наташу отправили в приют, предприятие передало их квадратные метры другим сотрудникам.

Теперь единственное жильё, на которое рассчитывала девушка, могло дать ей только государство. Вот только ожидать его придётся очень и очень долго. Регион, в котором она проживала, был небогатым, так что социальные программы работали кое-как.

«Ну что, решила уже, куда поедешь?» — спросил её одноклассник Дмитрий, встретив девушку в коридоре. «Я тут буклеты полистал, ну, которые нам волонтёры раздали, и решил в лётное податься». «В лётное?» — удивилась Наташа. «Дима, да кто тебя туда возьмёт? Ты ведь самолётов даже вблизи не видел и не летал ни разу».

«А вот и видел», — насупился паренёк. «Мне когда семь лет было, мы с родителями на море летали, только не помню куда, но самолёт мне очень понравился, так что я даже до сих пор о них мечтаю».

«Ну, раз мечтаешь, может, что и получится», — улыбнулась она. «Знаешь, как говорят, если чего-то очень сильно захотеть, то это непременно сбудется».

«Хотеть мало, нужно ещё потрудиться», — назидательно сказал Дмитрий. «Поэтому и спрашиваю, ты это решила или нет, а то бы вместе поехали». Девушка удивлённо посмотрела на него и хихикнула. «Как муж и жена, что ли?» А парень молча кивнул.

«Не выйдет», — сказала она. «Ты в общаге будешь жить, а мне куда деваться? Или ты что, предлагаешь мне тоже в лётное поступить?»

«Нет, ну чего ты так сразу-то? Ты в какое-нибудь кулинарное или там текстильное училище поступи. Там, кстати, тоже общаги есть, а по выходным будем встречаться, по городу гулять».

«Ладно, подумаю», — пообещала Наташа и открыла дверь своей комнаты.

Через пару дней они снова столкнулись в коридоре, и в этот раз от оптимизма Дмитрия не осталось и следа. «Дима, ты чего, не заболел?» — обеспокоенно спросила она лучшего друга. Тот мотнул головой и хотел было пройти мимо, но потом остановился и тихо сказал. «Слышал, что директриса говорила?»

«Нет, а что?» «Сказала, что не выдаст нам документы до тех пор, пока мы на детдомовском приусадебном участке не отработаем ей». «Да ты что, на её этом огороде, что ли?» «Ну да, мы же там картошку весной сажали, помнишь?» «А теперь её нужно полоть, окучивать и ещё жуков собирать, а мне уже ехать пора, иначе не успею документы подать».

В голосе парня зазвучали слёзы. «Дима, погоди, но это же незаконно!» — залепетала Наташа. «Да не расстраивайся ты, мы что-нибудь придумаем». «Да что тут придумаешь, мы у нашей барыни в заложниках». Он махнул рукой и пошёл дальше, а Наташа осталась стоять в коридоре, как вкопанная.

Выпускной прошёл скучно и натянуто. Все ребята понимали, что аттестаты им выдали, но свидетельства о рождении и паспорта остаются в сейфе делопроизводителя Ирины Петровны, и пока они их не получат, никуда уехать не смогут. Наташа, глядя на потерянное лицо друга, уже не знала, как его успокоить, а потом глаза её неожиданно засияли. «Слушай, я кое-что придумала. Нужно просто выкрасть твои документы и всё. Сейчас ведь кабинет директрисы наверняка не на замке».

«С ума, что ли, сошла? Даже не думай!» — запротестовал парень, но она так загорелась идеей, что уже не могла остановиться. Поздно вечером Наташа постучалась в комнату ребят и вызвала Дмитрия. Когда он вышел, сунула ему небольшой пакет.

«Держи и беги быстрее!» — Дмитрий не поверил своим глазам. В прозрачном пакете лежали свидетельства о рождении, паспорт и банковская карта на его имя с небольшим стартовым капиталом от государства. «Постой, Наташа, а как же ты? Ведь пропажу, рано или поздно, обнаружат». «Ну и что? Я и свои документы стащила», — хихикнула она. «Так что я тоже сбегу с этой барщины, только чуть позже, потому что ещё не собралась».

«Ох, Наташа, ну и отчаянная, а!» — восхитился парень и чмокнул её в щеку. «Ладно, пока, я прямо сегодня бегу, а то ведь директриса распорядилась никого за ограду не выпускать». Все воспитанники интерната знали одно местечко, где можно было протиснуться через щель в ограде и оказаться на воле. Так что Дмитрий без труда выбрался и пешком отправился на вокзал. Наташа планировала исчезнуть под утро, пока в интернате ещё не хватились пропавшего.

Она тихонько вышла из комнаты, взяв дорожную сумку и рюкзак с вещами, и направилась вглубь детдомовского сада, где и была заветная лазейка. Она шла то и дело останавливаясь, прислушиваясь, так как ей казалось, что за ней кто-то следит. А как только попыталась пролезть в щёлку, кто-то силой потянул её сзади за рюкзак.

«Попалась, Наталья!» — громко закричала директриса, светя ей в лицо мощным фонариком. «И куда это ты собралась?» Наташа заметила, что рядом с ней топталась её соседка по комнате и охранник. Она опустила голову и побрела за директрисой, крепко вцепившейся ей в руку.

А в кабинете уже сидели полусонные воспитатели. Они встретили появление Наташи недовольными взглядами, но ничего не сказали. Разразился страшный скандал. Директриса кричала и грозилась, что напишет ей очень плохую характеристику и её ни в одно училище не возьмут, а ещё что не выдаст ей паспорта и банковской карты для старта во взрослую жизнь.

Наташа сумрачно слушала ругань, а потом вдруг сказала то, о чём жалела все последующие годы. «Ничего вы мне не сделаете, я уже взрослый человек, и документы мои при мне, а то, что вы творите, незаконно. Я обращусь в полицию», — Маргарита Михайловна после этих слов позеленела от злости и зашипела.

«Да я тебя засажу, Наталья! Ты что, залезла в сейф? Ну, молодец! Теперь будешь расхлёбывать всю жизнь!» Она схватила со стола ключи и бросилась в комнату делопроизводителя, а через пару минут вернулась оттуда красная как варёный рак.

«Товарищи педагоги, призываю вас засвидетельствовать кражу. Эта девчонка выкрала не только свои документы, но и Дмитрия, а ещё забрала себе вашу зарплату и все банковские карты наших выпускников». Учителя мгновенно очнулись от полусонного состояния и зашумели. «Наташа, да как ты могла?» «Это неправда!» — закричала Наташа. — Я только свои документы и Димины, потому что ему нужно поступать, а вы нас держите как крепостных. Деньги и чужие банковские карты я и пальцем не трогала.

Поднялся невообразимый шум. Маргарита Михайловна стала вызывать полицию, а охраннику приказала не спускать с девчонки глаз. «Будешь орать, мы тебе рот заклеим», — сказала она, достав из аптечки лейкопластырь. «Вы не имеете права!» — всё равно крикнула Наташа, но охранник больно схватил её за руку, и девушка поняла — силы явно не равны.

Последующие события происходили словно во сне: приезд полицейских, поход в комнату, где жила Наташа, и несколько банковских карт в её тумбочке. Потом был суд и приговор на отбывание срока в исправительной колонии. Она не понимала, как взрослые люди могли пойти на такую подлость. Почти все учителя, кроме её воспитателя, выступили свидетелями против неё. За что они с ней так поступили? Что плохого она им сделала?

Находясь в колонии, Наташа выживала только тем, что мечтала выйти на свободу и всё-таки добиться справедливости. А ещё очень хотелось найти Дмитрия, который даже не знал, что с ней произошло, да и она не имела представления, как сложилась его судьба.

Когда начальница колонии вызвала её к себе и предложила написать ходатайство об условно-досрочном, девушка не поверила своим ушам. «А чего ты удивляешься?» — улыбнулась начальница. «Треть своего срока ты уже отсидела, поведение без замечаний, так что, как говорится, сам Бог велел. Но смотри, больше сюда не попадай!»

Наташа освободилась ранней весной, когда в воздухе ещё пахло снегом, но небо уже было таким ярко-голубым от солнечного света, что хотелсь зажмурить глаза. Она шла по чужому городу, рассматривала витрины, чужие балконы, окна, за которыми кипела чья-то жизнь, и думала, что теперь ей придётся начинать жить с нуля в полнейшем одиночестве. Рядом ни подруг, ни воспитателей, никого, у кого можно было спросить совета или попросить помощи. Сумка и рюкзак с личными вещами, сиротская сумма на карте, да 850 рублей матпомощи от государства для отбывших наказания — вот и всё, чем она располагала.

Нужно было срочно найти хоть какое-то жильё и работу, и девушка стала приглядываться к объявлениям. Записав несколько адресов в блокнот, она отправилась к автобусной остановке. «Не подскажете, какой номер идёт в посёлок Заречный?» — спросила она у стоявших там людей. «А вы не по объявлению, часом?» — осведомилась одна из пожилых женщин.

«Ну да», — нерешительно ответила Наташа. «Так что ж не позвонили, там же телефон есть». «У меня нет телефона», — смутилась девушка, а бабуля осмотрела её с ног до головы и пожала плечами. «А как же вы без телефона жить будете? Сейчас без этого никуда».

Подъехал нужный автобус. Наташа пропустила бабушку вперёд и вошла следом. Оказалось, что это она дала объявление о сдаче половины дома в аренду. Когда они приехали в посёлок, женщина указала рукой на ярко-белый дом с бордовой крышей. «Вон там я живу. Раньше у нас большая семья была, а теперь дети разлетелись кто куда. Муж умер, а мне одной такая жилплощадь ни к чему, вот и сдаю. Опять же, прибавка к пенсии будет».

«И сколько вы хотите за аренду?» — спросила Наташа. А женщина назвала сумму, и стало понятно, это ей не по карману. Ведь ещё неизвестно, сколько придётся жить на свои крохотные сбережения. Найдётся ли работа и когда будет первая зарплата. Наташа подумала. Эх, зря только в этот посёлок приехала. И совсем приуныла.

А бабушка подсказала. «Ты по улице нашей пройдись, там ещё несколько домов сдаётся. Может, кто согласится, что подешевле сдать?» И Наташа пошла. У покосившихся ворот одного из домиков стоял чёрный внедорожник. Она стала его обходить, и в этот момент машина покатилась назад. Девушка вскрикнула и еле успела проскочить мимо.

Машина мигом притормозила. Переднее окно открылось, и из него высунулась мужская голова. «Ты чё, не видишь, что я завёлся?» — крикнул он. «Простите, не видела. Я жильё ищу, так что мысли совсем другим заняты». «Жильё!» — мужчина вдруг открыл дверь и вышел из машины. «А тебе с удобствами надо или как?»

«Да мне хоть что-нибудь, лишь бы не под небом ночевать. Я сирота», — призналась девушка. «Вон оно как!» — протянул незнакомец и тоже оглядел её с ног до головы. «А ты чё это, из мест не столь отдалённых, что ли?» «Что?» — не поняла она. «Говорю, сидевшая, что ли?» «А, да, по своей глупости и наговору попала».

«Все так говорят», — махнул он рукой. «Да мне, собственно, без разницы. Вон, видишь, домик у меня стоит. Удобства и колодец во дворе. Свет проведён, газа нет. Но я здесь всё детство провёл. Теперь вот мать живёт. Предлагал ей к нам переехать, так не хочет. Хочешь, вселяйся». «Правда?» «Да». «А сколько вы за аренду хотите?» — оживилась Наташа.

«Да нисколько. Был бы ещё дом как дом, а то ведь так, рухлядь. Забирай бесплатно. Только за матерью моей пригляди, у меня самого дел по горло, не досуг сюда каждый день ездить». «Правда? Спасибо вам большое», — обрадовалась Наташа. «Ну вот и договорились». Мужчина тоже явно повеселел. «Моя визитка на всякий случай, ну а я поехал».

Машина скатилась на дорогу, развернулась и уехала. А Наташа пошла к дому. Странный всё-таки этот мужчина. Не провёл её, не представил маме. А вдруг женщина не захочет её впускать? Дверь оказалась не запертой. Наташа вошла в тёмные сени. «Здравствуйте, есть кто дома?» — крикнула она.

В доме стояла тишина. Стало как-то страшновато. Потом Наташа подумала, что мать такого мужчины очевидно женщина пожилая и, возможно, плохо слышит. Она толкнула дверь в тускло освещённую комнату. Оглядевшись, заметила, на кровати у печки лежала худая старуха с восковым лицом. Воздух пах лекарствами и немытым телом.


«Здравствуйте, меня ваш сын...»
«Убирайся», — прошипела старуха. Её глаза горели лихорадочным блеском.
«Но ваш сын сказал...»
«У меня нет сына!» — женщина попыталась приподняться, но упала на подушки. — «Вон!»
Наташа отступила. Она вышла на крыльцо и перезвонила по номеру с визитки.
«Алло?»
«Это Наташа. Мы только что говорили...»
«А, зек! Ну что, вселилась?»
«Ваша мама... она говорит, что у неё нет сына. И выглядит она очень плохо»

На том конце провода наступила пауза.

«Мамаша у меня с характером. Не обращай внимания. Живи себе спокойно».
«Но ей нужна помощь! Может, врача вызвать?»
«Не надо врачей!» — голос мужчины резко изменился. — «Никаких врачей, поняла? Просто присматривай за ней. Корми, если захочет. И всё».

Соединение прервалось. Наташа осталась стоять на крыльце чужого дома. Внутри что-то стукнуло. Она бросилась обратно.

Старуха лежала на полу, пытаясь достать до старого телефона на тумбочке.

«Не трогай!» — крикнула Наташа.
«Он убьёт меня...» — прошептала женщина. — «Как отца...»

Наташа подняла её и уложила обратно в кровать. Руки старухи были холодными как лёд.

«Кто убьёт? Ваш сын?»
«Он не сын... Он чужой...» — женщина схватила Наташу за руку. — «Уходи, пока не поздно...»

Но куда идти? На улице темнело. Денег на гостиницу не было.
Наташа разожгла печку, согрела воды. Нашла в шкафу чистое бельё и перестелила кровать. Старуха не сопротивлялась, только смотрела пустыми глазами.

«Как вас зовут?» — спросила Наташа.
«Вера Степановна... А тебя?»
«Наташа».
«Беги, Наташа... Он вернётся...»
«Кто?»
«Тот, кто назвался моим сыном... У меня сын умер... два года назад...»

Наташа замерла с кружкой чая в руках.

«Но он дал мне вашу фотографию!» — она достала из кармана снимок, который мужчина показал ей у машины. На нём была молодая женщина с мальчиком.

Вера Степановна взяла фотографию дрожащими пальцами.
«Это я и мой Костя... Где вы это взяли?»
«Он сказал, что это он в детстве».
Старуха закрыла глаза.
«Значит, пришёл... За своим...»
«За чем?»
«За деньгами... Костя перед смертью говорил... что кто-то ищет наши сбережения...»
Ночью Наташа не спала. Она слышала, как Вера Степановна бредит во сне: «Не отдам... не тому...»
Утром Наташа пошла в сельский магазин за продуктами. Продавщица, увидев её, нахмурилась.
«Ты к Вере Степановне подселилась?»
«Да. А что?»
«Осторожнее с ней. Она после смерти сына не в себе. Всем рассказывает, что за ней охотятся».
«А настоящий сын... он правда умер?»
«Костя? Да, два года назад в аварии. Хороший парень был. А теперь какие-то проходимцы к ней ломятся. На прошлой неделе уже один приходил, она его кочергой прогнала».

Наташа вернулась в дом с тяжёлым предчувствием. Дверь была приоткрыта. В прихожей валялись осколки разбитой вазы.

«Вера Степановна?»

В комнате никого не было. На полу у печки лежал смятый листок. Детский почерк: «Мама, если что-то случится, ищи в саду под яблоней. Там всё».

Наташа выбежала во двор. Старая яблоня стояла в углу участка. Земля под ней была рыхлой. Она нашла лопату в сарае и начала копать.

Через полчаса лопата ударилась о металл. Старый армейский сундук. Внутри — папки с документами и конверты с деньгами.

«Что ты делаешь?» — раздался сзади голос.

Наташа обернулась. На пороге сарая стояла Вера Степановна с охотничьим ружьём.

«Я... я нашла...»
«Положи на место!» — старуха направила на неё ружьё. — «Это не для тебя!»
«Вера Степановна, я не ворую! Тот мужчина... он не ваш сын. Он ищет эти деньги».
«Я знаю...» — ружьё дрогнуло в её руках. — «Но это не его... Это для настоящего...»

Из-за угла дома вышел тот самый мужчина на визитке. В руках у него был пистолет.

«Спасибо, мамаша. И тебе, зек, спасибо. Сэкономили мне время».
«Убирайся, Андрей!» — крикнула Вера Степановна.
«А как же мои деньги? Костя должен был мне. Мы же договорились».
«Ты убил его!» — старуха выстрелила в воздух. — «Убирайся!»
Андрей рассмеялся.
«Старая дура. Костя сам врезался в дерево. А деньги он мне был должен по крупному. Так что отдавай моё».

Он сделал шаг вперёд. Наташа бросила ему в лицо горсть земли. Выстрел ушёл в небо. Она рванулась к Вере Степановне, выбила у неё ружьё.

«Бегите!» — крикнула она старухе.

Но Вера Степановна не двигалась. Она смотрела на Андрея с странным спокойствием.

«Он уже мёртв», — сказала она тихо.

Из-за дома вышли два человека в форме. Пистолет был направлен на Андрея.

«Полиция. Брось оружие!»

Оказалось, Вера Степановна уже месяц сотрудничала с полицией. После смерти сына она получила письмо с угрозами. Андрей был его бывшим бизнес-партнёром. Они вместе занимались контрабандой, но Костя хотел выйти из дела.

Наташа помогла завернуть сундук в полиэтилен и отнести в дом. Деньги оказались фальшивыми — образцами из дела о подпольной типографии. Настоящие сбережения Вера Степановна давно перевела в банк.

Через неделю Андрей дал признательные показания. А Вера Степановна предложила Наташе остаться жить у неё по-настоящему.

«Ты спасла мне жизнь, дочка. Останься».

Наташа осталась. Впервые за долгие годы у неё появился дом. И человек, который смотрел на неё не как на бывшую зечку, а как на дочь