Голова болит адски. То ли погода, то ли давление, то ли саунд-трек из Сайлент Хила на репите тому причиной. В квартире нестерпимо разит Hugo Boss, который Hugo (защитного цвета картонная коробочка, классика форева). Хожу, как умалишенный, обнюхиваю углы, куртки, полотенца, постельное белье. Найти источник все никак не могу. Пес отметается сразу, он не мажор какой. Вторая половина тоже вряд ли мужским парфюмом поливаться станет. Теоритические усатые сантехники, зашедшие без моего ведома к фрау Мюллер, тоже в треш — я дома весь день проторчал. А запах настолько настырный, что рубит прямо на подлете.
Я этот аромат терпеть не могу, он у меня ассоциируется с воспоминаниями десятилетней давности, когда мы с загадычным дружком свалили от жен и упали на неделю на дно бутылок, и лишь ночная столица была нашей каждодневной спутницей. В конце загула для уборки авгиевых конюшен, в которые превратилась квартира дружка, мы притащили двух барышень с ленинградского шоссе, тех самых, которые тогда по сто долларов за пучок были. Одна из них, когда мыла ванную, расколотила полный флакон этого Hugo, и добрая часть впиталась в мои сушащиеся джинсы (я до сих пор понять не могу, как она это сделала, флаконом этим можно кокосы колоть).
И вот теперь перед глазами каллейдоскопом старинный друг, московские бары десятилетней давности, наши загулы, злобное шипение в трубку первой жены, одинадцатиклассница Вика, а фоном Акира Ямаока из колонок источает безысходность… и человек-пирамида из тихих холмов тесаком своим вжжжжжик по точилке, вжик. Терпеть не могу такие флешбеки. Голова болит адски. «Боги, яду мне».
войдите, используя
или форму авторизации