— Жень, тебе сорок лет! Сколько ещё я должна ждать, пока твоя мама разрешит тебе жить собственной жизнью?!
— Ты опять был у мамы после работы? — спросила Лариса, едва Евгений успел снять куртку.
— Заезжал на полчаса. А что такого? Она просила помочь с краном на кухне.
— С краном? — Лариса посмотрела на мужа так внимательно, что он сразу отвёл глаза. — И заодно вы успели решить, когда нам заводить ребёнка?
Женя поморщился. Вот этого разговора он явно не хотел. Он прошёл на кухню, поставил телефон на стол и начал наливать себе воду, будто вопрос можно было переждать. Лариса пошла следом. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять: да, опять. Ещё четыре дня назад они сидели на этом же месте и наконец договорились, что больше откладывать не будут. Не «после отпуска», не «когда закончим дачу», не «когда на работе станет спокойнее». Просто перестанут придумывать новые причины.
— Лар, ну давай только без крика, — сказал Женя. — Мама просто высказала мнение.
— Какое на этот раз?
— Нормальное. Она считает, что ближайший год не самый удачный.
— В каком смысле неудачный?
Женя замялся, а потом всё-таки ответил:
— Она смотрела прогноз. По знакам. Там сейчас период тяжёлый, особенно для семейных перемен.
Лариса сначала даже не поняла, что он говорит серьёзно.
— Гороскоп?
— Не обычный гороскоп из журнала. У неё есть женщина, которая давно этим занимается. И мама вообще редко ошибается в таких вещах.
Лариса медленно отодвинула стул и села. Злость пришла не сразу. Сначала было почти смешно. Но только почти. Потому что эта история была не про звёзды и не про какую-то женщину, которая «давно этим занимается». Она была про то, что сорокалетний мужчина снова приехал домой от матери с новым решением по вопросу, который они с женой уже обсудили вдвоём.
Когда Лариса познакомилась с Женей, его близость с матерью не казалась ей проблемой. Наоборот, сначала даже нравилось, что он звонит ей, помогает, ездит на дачу, помнит про лекарства и продукты. После нескольких мужчин, которые раз в месяц вспоминали, что у них вообще есть родители, Женя казался внимательным и надёжным.
С матерью Евгения, Галиной Павловной, Лариса тоже поначалу ладила. Та была разговорчивая, энергичная, любила давать советы, но в первые годы не лезла откровенно. По крайней мере, Ларисе так казалось. Она могла посоветовать, где купить шторы, какой сервиз выбрать или когда лучше брать отпуск. Лариса иногда соглашалась, иногда нет, и никакой катастрофы не происходило.
Проблемы начались, когда разговоры стали касаться не штор.
Первый серьёзный спор возник ещё до свадьбы. Лариса хотела небольшую регистрацию и поездку вдвоём. Женя тоже был согласен, пока не съездил к матери. Вернулся с идеей банкета на сорок человек, потому что «мама правильно сказала: родственники обидятся». В итоге сделали компромисс на двадцать пять гостей. Потом выбирали квартиру. Им понравилась двушка возле метро, но Галина Павловна заявила, что район «не семейный», и Женя внезапно тоже начал видеть в нём одни недостатки. Через три месяца купили квартиру подальше, зато рядом с домом матери было удобнее выезжать на её дачу.
Лариса тогда злилась, но не считала это чем-то страшным. Женя не был грубым, не требовал подчинения, не ставил ультиматумы. Он просто приходил после разговора с матерью и начинал говорить её словами. Именно это со временем стало бесить сильнее прямых приказов.
— Мы же всё решили, — сказала Лариса, вернувшись к сегодняшнему разговору. — Ты сам сказал: хватит ждать. Ты стоял здесь, на этой самой кухне, четыре дня назад, смотрел мне в глаза и говорил, что мы готовы!
Женя сделал глубокий глоток из стакана, словно рассчитывал утопить в воде хотя бы часть нарастающего напряжения.
— Лар, ну не утрируй. Год — это не вечность. А астролог у мамы, между прочим, с высшим механико-математическим образованием! Не какая-нибудь гадалка на кофейной гуще. Она маме в прошлом году абсолютно точно предсказала, что у соседского кота заболеет ухо. И ведь заболело!
— У кота заболело ухо! — Лариса нервно хохотнула, облокачиваясь о кухонный гарнитур. — Женя, это неопровержимый аргумент. Против кошачьего отита любые доводы бессильны. А то, что нам с тобой уже не по двадцать лет и биологические часы тикают не по астрологическому календарю, а по законам анатомии — это, конечно, мелочи.
— При чём тут отит? Я говорю про системный подход! — Женя попытался придать лицу максимально солидное выражение, какое обычно принимал на рабочих совещаниях. — Галина Павловна просто проявляет заботу. Она даже предложила альтернативу на этот год. Чтобы мы не застаивались в семейном развитии.
Лариса медленно выдохнула. В груди всё сжалось в тугой, холодный узел.
— Какую альтернативу, Женя?
— Ну… — муж слегка переступил с ноги на ногу. — У мамы на даче обвалилась балка в сарае. И она подумала, что если мы пока отложим вопрос с декретом, то могли бы взять небольшой кредит и за лето поставить там нормальный двухэтажный гостевой домик. С терассой. Чтобы ребенку потом, через год, было где дышать свежим воздухом! Видишь, она же о будущем думает!
На кухне повисла тишина. Слышно было только, как в холодильнике с тихим гулом запустился компрессор. Лариса смотрела на человека, с которым прожила семь лет. На его аккуратную стрижку, на знакомый джемпер, который она сама помогала ему выбирать, на детскую беспомощность в глазах, когда речь заходила об одобрении Галины Павловны.
Она больше не испытывала злости. Не было ни желания кричать, ни порыва бить посуду. Пришло удивительное, почти кристальное спокойствие.
— Понятно, — тихо произнесла Лариса.
— Лар, ну ты чего? Ты обиделась? — Женя сделал шаг к ней, протягивая руку. — Мы же всё можем обсудить. Хочешь, я завтра ещё раз к ней заеду, попрошу пересчитать карту? Вдруг там есть благоприятное окно осенью?
— Не надо ничего пересчитывать, Женя, — она мягко отстранилась и поднялась со стула. — Вдобавок к механико-математическому астрологу маме срочно потребуется специалист по грузоперевозкам.
— В смысле? — Женя нахмурился, не успевая за ходом её мысли.
Лариса прошла в спальню, достала с верхней полки шкафа большой синий чемодан и распахнула его прямо на кровати.
— Лара, ты что, уезжаешь? К маме? На ночь глядя? — Женя забежал в комнату, его голос впервые за вечер дал трещину.
— Почему уезжаю? — Лариса спокойно открыла комод и достала стопку его аккуратно сложенных рубашек. — Ты уезжаешь. К своей маме. В район со сговорчивыми котами и идеальным расположением для поездок на дачу.
— Ты меня выгоняешь?! Из-за гороскопа?! — Женя опешил.
— Нет, Женя. Не из-за гороскопа. Из-за того, что в нашей постели уже семь лет трое взрослых людей, и у одного из них — генеральная доверенность на управление твоей жизнью. Я просто уступаю ей её законное место.
— Это моя квартира тоже! Мы покупали её в браке!
— Квартира куплена на деньги от продажи двушки моей бабушки и моего вклада, и ты прекрасно помнишь, чьи подписи стоят в документах о праве собственности, — спокойно напомнила Лариса, аккуратно укладывая его вещи в чемодан. — Но если хочешь пободаться судами — пожалуйста. Только учти: Галина Павловна наверняка найдет астролога, который скажет, что судебные тяжбы в этом квартале вредят вашей печени.
Женя стоял посреди спальни, беспомощно переводя взгляд с чемодана на жену.
Впервые за сорок лет его привычная модель мира, где любые острые углы можно было сгладить маминым авторитетным мнением и собственным конформизмом, дали смертельную трещину. Никакие заученные фразы Галины Павловны сюда не подходили.
— Ты пожалеешь, — выдавливая из себя остатки мужского достоинства, произнес он, когда чемодан был застегнут. — Ты поступаешь импульсивно и незрело!
— Возможно, — улыбнулась Лариса, открывая перед ним входную дверь. — Зато впервые за семь лет — совершенно самостоятельно. Передавай привет Галине Павловне. И скажи, что балку в сарае ей теперь придется чинить по знаку Зодиака.
Спустя полчаса, когда за мужем захлопнулась дверь и в квартире установилась непривычная, звонкая тишина, Лариса подошла к окну. Внизу, во дворе, Женя с трудом катил чемодан по свежему асфальту, одной рукой непрерывно набирая кому-то номер на телефоне. Было абсолютно очевидно, кому именно.
Лариса прошла на кухню, налила себе чашку горячего чая и села на то самое место, где ещё недавно сидел её муж. На столе лежал забытый им купонный буклетик из дачного магазина.
Она достала телефон, открыла календарь и уверенно перечеркнула все ранее запланированные даты. А затем открыла сайт авиабилетов. Впервые за долгие годы перед ней был чистый лист, на котором никто больше не начертит чужие орбиты и не назначит неудачных периодов. И эта неожиданная, абсолютная свобода ощущалась куда лучше любого, даже самого благоприятного предсказания.
Чтобы получать уведомления о новых историях, подпишись на нашего бота Историй в тг https://t.me/NightStoryNotifyBot
войдите, используя
или форму авторизации