Всё будет хорошо!

Татьяне понравилась запись

Всё Будет Хорошо!
25 марта в 17:40

Михаил Булгаков «Собачье сердце»:

"...Зина, примите майонез у Шарикова.
– Как это так «примите»? – расстроился Шариков. – Я сейчас заложу.
Левой рукой он заслонил тарелку от Зины, а правой запихнул салфетку за воротничок и стал похож на клиента в парикмахерской.
– И вилкой, пожалуйста, – добавил Борменталь.
Шариков длинно вздохнул и стал ловить куски осетрины в густом соусе.
– Я еще водочки выпью, – заявил он вопросительно.
– А не будет ли вам? – осведомился Борменталь. – Вы в последнее время слишком налегаете на водку.
– Вам жалко? – осведомился Шариков и глянул исподлобья.
– Глупости говорите... – вмешался суровый Филипп Филиппович, но Борменталь его перебил:
– Не беспокойтесь, Филипп Филиппович, я сам. Вы, Шариков, чепуху говорите, и возмутительнее всего то, что говорите ее безапелляционно и уверенно. Водки мне, конечно, не жаль, тем более что она и не моя, а Филиппа Филипповича. Просто это – вредно. Это раз, а второе – вы и без водки держите себя неприлично.
Борменталь указал на заклеенный буфет.
– Зинуша, дайте мне, пожалуйста, еще рыбы.
Шариков тем временем потянулся к графинчику и, покосившись на Борменталя, налил рюмочку.
– И другим надо предложить, – сказал Борменталь, – и так: сперва Филиппу Филипповичу, затем мне, а в заключение – себе.
Шариковский рот тронула едва заметная сатирическая улыбка, и он разлил водку по рюмкам.
– Вот все у нас как на параде, – заговорил он, – салфетку туда, галстух – сюда, да «извините», да «пожалуйста», «мерси», а так, чтобы по-настоящему, – это нет. Мучаете себя, как при царском режиме.
– А как это «по-настоящему» – позвольте осведомиться?
Шариков на это ничего не ответил Филиппу Филипповичу, а поднял рюмку и произнес:
– Ну, желаю, чтоб всё...
– И вам также, – с некоторой иронией отозвался Борменталь.
Шариков выплеснул водку в глотку, сморщился, кусочек хлебца поднес к носу, понюхал, а затем проглотил, причем глаза его налились слезами.
– Стаж, – вдруг отрывисто и как бы в забытьи проговорил Филипп Филиппович.
Борменталь удивленно покосился:
– Виноват?..
– Стаж, – повторил Филипп Филиппович и горько качнул головой, – тут уж ничего не поделаешь! Клим!..
Борменталь с чрезвычайным интересом остро вгляделся в глаза Филиппа Филипповича.
– Вы полагаете, Филипп Филиппович?
– Нечего и полагать. Уверен в этом.
– Неужели... – начал Борменталь и остановился, покосившись на Шарикова. Тот подозрительно нахмурился.
– Spater ... – негромко сказал Филипп Филиппович.
– Gut, – отозвался ассистент.
Зина внесла индейку. Борменталь налил Филиппу Филипповичу красного вина и предложил Шарикову.
– Я не хочу, я лучше водочки выпью. – Лицо его замаслилось, на лбу проступил пот, он повеселел. И Филипп Филиппович несколько подобрел после вина. Его глаза прояснились, он благосклоннее поглядывал на Шарикова, черная голова которого в салфетке сидела, как муха в сметане. Борменталь же, подкрепившись, обнаружил склонность к деятельности.
– Ну-с, что же мы с вами предпримем сегодня вечером? – осведомился он у Шарикова.
Тот поморгал глазами и ответил:
– В цирк пойдем, лучше всего...».

Иллюстрация: Иткин Анатолий Зиновьевич (1931 г.р.) М. Булгаков «Собачье сердце».