На новогоднем корпоративе пьяный муж перед тем как я пришла устроил аукцион: «Кто купит ночь с моей страшилой? Начинаем с 10 рублей!» но стоило мне войти, как началось самое интересное...
В тот год зима началась с морозов и хмурых дней. Снег то покрывал землю, то таял, превращаясь в серую жижу, ветер дул с реки, и прохожие кутались в шарфы, пряча лица. В офисах кипела работа: отчёты, закупки, предновогодние премии, выбор подарков, подготовка к праздничным вечеринкам.
У Сергея, как обычно, время летело стремительно: звонки, деловые встречи, планы, нескончаемые разговоры о перспективах и необходимости постоянно быть в движении.
Ирина за десять лет совместной жизни привыкла к его темпу. Она не возражала, не требовала больше внимания, работала бухгалтером в небольшой компании, возвращалась домой раньше, готовила еду, стирала, заботилась о доме. Порой Сергею это даже нравилось. Удобно и спокойно, всё как надо. Однако в последние годы к этому умиротворению у него прибавилась странная манера разговаривать с Ириной так, словно та ему досаждает.
В тот вечер, всего за пару дней до Нового года, Сергей пришёл поздно и сразу же кинул ключи на тумбочку. "Завтра корпоратив, – сказал он, снимая обувь. – Не жди". Ирина оторвала взгляд от вязания. Она вязала не из-за тоски. Просто её руки должны были быть чем-то заняты, когда мысли начинали улетать не туда.
"Понимаю", – спокойно ответила она. "А во сколько?"
Сергей замялся, словно вопрос был неуместен. "С работы нас повезут на автобусе. Ресторан находится за городом. Я не знаю точно, когда вернусь".
Ирина молча кивнула. Он прошёл в комнату и уже оттуда, как бы между прочим, добавил: "И тебе туда не надо. Это корпоратив, Ира. Для своих".
Это "для своих" прозвучало так, будто она чужая. Ирина не высказала обиду вслух. За прожитые вместе годы она научилась не спорить с интонацией, которую всё равно не изменишь, но внутри что-то неприятно кольнуло. Ей и раньше доводилось слышать от Сергея нечто подобное: "Там другие люди, там начальство, там не твоя компания". Но раньше он хотя бы объяснял это мягче, а теперь говорил коротко, словно отмахивался. "Хорошо, – сказала Ирина, – не приду".
Сергей, кажется, даже успокоился, уселся на диван, включил телевизор и начал просматривать что-то в телефоне. А Ирина заметила другое. Он уже третий вечер подряд не выпускал телефон из рук, улыбался, глядя в экран, и, когда она проходила мимо, переворачивал его экраном вниз. Она не копалась в его личной переписке, не устраивала сцен. Но женщины чувствуют такие вещи интуитивно. Не всегда готовы поверить, но чувствуют.
Ночью Ирина долго не могла заснуть. Сергей посапывал рядом, уставший и довольный собой, как человек, который весь день доказывал миру свою значимость. А ей казалось, что между ними выросла хрупкая ледяная преграда. Ещё не как стена, но уже холодно.
Наутро Сергей ушёл раньше обычного, в элегантном костюме, в свежей рубашке, надушенный одеколоном, чего обычно не делал.
Ирина проводила его взглядом и вдруг подумала: "А ведь я даже не знаю, какой он там, в своём кругу".
Днём на работе Ирина старалась сосредоточиться на цифрах, но мысли то и дело возвращались к одному и тому же. Почему он так категорично не хочет, чтобы она пришла? Ведь корпоративная вечеринка – это не секретное мероприятие. Иногда люди приходят парами, особенно в преддверии праздников. К вечеру она уже устала от собственных домыслов.
Ирина закрыла отчет, надела пальто и вызвала такси. Сказала адрес ресторана, который мельком видела в приглашении на столе у Сергея неделю назад.
Ресторан оказался огромным, с подсвеченными елями у входа. Из открытых дверей лилась музыка и смех. Ирина прошла внутрь, стараясь держаться незаметно. Зал был полон. Коллеги Сергея, разгоряченные, с бокалами в руках, перекрикивали друг друга. Сергея она нашла быстро. Он стоял у бара, облокотившись на стойку, и что-то оживленно рассказывал рыжеволосой девушке из маркетинга. Девушка заливисто смеялась, касаясь его плеча.
Ирина хотела уже развернуться и уйти, но тут на сцену поднялся их начальник, толстый и веселый Алексей Петрович. Он постучал по микрофону.
«Коллеги! Тишина! — проревел Алексей Петрович в микрофон. — Объявляем конкурс от нашего лучшего маркетолога, Сергея! Он поспорил, что продаст что угодно!»
Сергей, явно пьяный, сиял. «Верно! Лот — новогодний набор от меня! Шампанское, конфеты и… э-э-э… фирменный сюрприз! Начинаем с десяти рублей!»
Зал загрохотал. «С пятнадцати!» — крикнул кто-то.
«С двадцати!»
Аукцион покатился. Ставки росли шуточно, за сотню, за пятьсот. Ирина уже хотела развернуться, чувствуя приступ тошноты, но тут Сергей, подначиваемый выкриками, сорвался.
«Да что вам шампанское! Кто даст тысячу — тому я лично организую ночь с моей страшилой! Она дома сидит, ей всё равно!»
Смех в зале на секунду стих, потом стал громче, но уже нервным, визгливым. Алексей Петрович перестал улыбаться.
Ирина замерла. Она видела, как рыжая из маркетинга, та самая, что до этого висела на руке Сергея, отодвинулась от него с гримасой брезгливости. Хохот прокатился по залу. Ирина застыла у колонны, чувствуя, как жар стыда заполняет ее с ног до головы.
«Страшила». Это про нее.
Но стоило ей отойти в тень, как на сцене началось самое интересное.
«Я даю пятнадцать!» – истерично крикнул кто-то с задних рядов.
«Двадцать!» – подхватил другой.
Сергей сиял, как ребенок, ведущий успешный аукцион.
«Тридцать тысяч!» – неожиданно рявкнул Алексей Петрович, и зал затих.
Сергей осекся, смех с его лица слетел. «Шутите, шеф?»
«Не шучу. За твою жену. Тридцать тысяч. Держи.»
Алексей Петрович вытащил из кармана пачку купюр и шлепнул ее на край сцены.
Сергей побледнел. «Алексей Петрович, я… это шутка…»
«Плохая шутка, — отрезал шеф. — Пьяные шутки за счет семьи — последнее дело.
Мне таких менеджеров не надо. С понедельника ты в активном поиске. А теперь извинись.»
«Перед кем?» — растерянно пробормотал Сергей.
«Перед ней, — шеф махнул рукой в сторону Ирины. — Если, конечно, она ещё захочет тебя слушать.»
«Да, я слышал, что она, неплохо соображает в налогах. Моей фирме бухгалтер как раз нужен. А ты, Серж, как я погляжу, уже нашел ей замену.»
Он кивнул на рыжую из маркетинга, которая резко побледнела и отступила в толпу.
Тишина стала звенящей. Сергей открыл рот, но слов не находил. Его аукцион вышел из-под контроля самым чудовищным образом.
И тут из-за колонны вышла Ирина. Все глаза устремились на нее. Она молча подошла к сцене, подняла пачку денег, пересчитала. Затем посмотрела на Алексея Петровича.
«Тридцать тысяч, – сказала она четко. – И график работы свободный. И соцпакет. Иначе не интересно.»
Шеф замер, потом громко рассмеялся. «Дерзко! Согласен!»
Ирина повернулась к Сергею. Он смотрел на нее, будто увидел впервые. Испуганно, недоуменно.
«Страшила увольняется, – сказала она ему тихо, но так, что микрофон поймал каждый слог. – Счастливо оставаться… со своими.»
Она сунула деньги в сумку, кивнула шефу и пошла к выходу. За спиной нарастал гул голосов.
На улице ее догнал запыхавшийся коллега Сергея, молодой программист Дима.
«Ирина, подождите! Я… я подвезу. Вы не в том состоянии.»
В машине он первым нарушил тишину. «Я знал, что он идиот. Но не настолько.
Простите.»
«За что мне вас прощать?»
«Я… я должен быть прекратить этот аукцион сразу. Мне очень стыдно.»
Ирина посмотрела на него. «Зачем вы мне это говорите?»
«Потому что вы классно вышли из ситуации. Сергей вас не стоит. Он полгода крутит роман с той рыжей, все в офисе знают. Извините.»
Через час Дима помог ей донести до квартиры коробку с личными вещами, которые она собрала на работе за пять минут. Сергей дома еще не был.
«Спасибо, – сказала Ирина на пороге. – За правду.»
«Я могу… позвонить как-нибудь?» – спросил Дима, краснея.
«Не надо, – ответила она. Но улыбнулась впервые за день.**
Она упаковала чемодан. Не всё. Только необходимое. Когда ключ повернулся в замке, она уже ждала в гостиной. Сергей вошел, вид у него был потрепанный.
«Ира, это всё не так… Шеф сводит со мной счеты!»
«Знаю, – кивнула Ирина. – И про рыжую знаю.. Мне рассказали.»
«Кто? Этот сопляк Дима? Ты с ним что, уже…»
«Нет, – перебила она. – Я с ним ничего. Я теперь бухгалтер у Алексея Петровича. На свободном графике. За тридцать тысяч. Спасибо за рекомендацию.»
Она подняла чемодан. «Ключи на тумбочке. Делить будем через моего адвоката. Он напишет.»
«Ира, давай поговорим!» – в его голосе была паника.
«Не о чем, Сергей. Аукцион закрыт. Лот продан.»
Она вышла, закрыв дверь. На улице падал настоящий снег, пушистый и чистый. Ирина вздохнула, поймала такси и назвала адрес маленькой гостиницы. Завтра она найдет новую квартиру. А еще купит себе то самое шерстяное пальто, на которое копила полгода. Оно стоило ровно тридцать тысяч.
Рассказ с другими именами там, имею ввиду
Вк...
войдите, используя
или форму авторизации