Истории на ночь...продолжение

Игорю понравилась запись

Истории На Ночь...продолжение
27 ноября 2025

— Вот и оставайся на природе! — Муж ухмыльнулся и привязал жену к дереву

— Вася, развяжи, уже не смешно! — Пронзительно крикнула Даша. — Ты что творишь. Совсем водка мозги разъела.

Женщина очнулась привязанной к большому высокому дубу посреди леса. С трудом придя в сознание, Даша поняла, что крепко связана по рукам и ногам. Рядом у костра сидел Василий и невозмутимо жарил шашлык.

— Отпусти, кому говорю. Это уже несмешно. Ты знаешь, что я с тобой сделаю, когда освобожусь. — Дарья дёрнулась, чтобы развязаться, но скотч крепко удерживал её в объятиях дерева.

— Скотч... И, походу, не один... Вон, какое дерево широкое. Просто так никто не возит с собой на шашлыки столько скотча... Значит, Василий подготовился... Он хотел меня привязать... — От волнения у Дарьи сжало в груди и больно зазвенело в ушах.

— Вася, прошу тебя, отпусти... Если ты не хочешь жить со мной... Давай разведёмся... Мне ничего от тебя не надо, просто отпусти... — Дрожащим голосом произнесла Даша.

— Чёрта с два я тебя развяжу... — Заплетающимся языком ответил Василий и грозно помахал перед связанной супругой шампуром с мясом.

— Я сейчас буду жарить шашлык, а ты будешь смотреть, как я его ем. Ты достала меня со своим вегетарианством. Будешь смотреть, а потом останешься на своей природе. Царица лесов... — Василий злобно усмехнулся.

Все те три года, что Даша и Василий жили вместе, мясо в семье было под строжайшим запретом. Почти сразу после свадьбы Дарья стала вегетарианкой. Насмотрелась каких-то передач, наслушалась своих подруг, которые тоже не ели мясо и пошло-поехало.

Мясо исчезало из рациона постепенно. Сначала колбасы, стейки и сосиски... Женщина ела только куриные яйца и морепродукты. А потом и от них тоже отказалась. А потом стала запрещать мясо супругу.

— Либо ты тоже не ешь мясо, либо, я с тобой развожусь. — Как-то вечером выпалила Даша. — И когда ты находишься где-то без меня, тоже не смей есть мяса! Я по запаху учую, и нашим отношениям придёт конец... — Строго отчеканила супруга.

— Завтра напоследок один раз с друзьями наешься до отвалу, и на этом всё. Никаких поблажек. Животных нужно уважать. Мы не вправе лишать их жизни... — Супруга грозно посмотрела на ошарашенного Василия....

— Завтра напоследок один раз с друзьями наешься до отвалу, и на этом всё. — Эти слова эхом отдавались в голове Василия, пока он жарил мясо. Он с наслаждением вдыхал аромат и смотрел на бледное лицо жены.

— Вася, я все поняла! — голос Даши сорвался на фальцет. — Я буду есть мясо! С сегодняшнего дня! Видишь, я поняла свою ошибку!

Василий медленно перевернул кусок мяса на шампуре. — Поздно, Даш. Ты не поняла. Ты просто испугалась. А завтра опять начнешь.

Он отрезал кусок, насадил на вилку и поднес к ее лицу. — Пахнет хорошо, да? Жизнью пахнет. А не той травой, которой ты меня три года кормила.

Она отвернулась, сдерживая рвотные позывы. — Вася, люди заметят! Меня с работы хватятся! Мама будет звонить!

— Мама? — он хмыкнул. — Ты же сама всем рассказывала, что уезжаешь на неделю в ретрит, в молчание. Ни телефона, ни связи. Я даже твой чемодан в багажнике привез, для правдоподобности.

Даша замерла. Это была правда. Она сама создала себе идеальную ловушку.

— А на работе твой зам, Лена, уже получила письмо о твоем внезапном отпуске по семейным обстоятельствам. Подписанное тобой. Я давно научился подделывать твой почерк.

Он встал, потушил костер и начал собирать вещи. — Так что не надейся, царица лесов. Твой ретрит только начинается.

— Вася! Умоляю! Я все сделаю! Я рожу тебе ребенка! — это была ее последняя, отчаянная ставка. Они много лет спорили о детях, она откладывала, говоря, что не готова.

Василий остановился и медленно повернулся. Его лицо исказилось гримасой такой ненависти, что Даше стало физически плохо.

— Ребенка? От тебя? Чтобы он рос с матерью-чудовищем, которая способна на такое? Он сделал шаг к ней. — Ты знаешь, что я вчера нашел? Твой старый дневник. В коробке на антресоли. Ты ведь его сожгла, да? Только не доглядела. Один остался.

Он достал из кармана потрепанную тетрадь и швырнул ей под ноги.

— Почитай, пока есть время. Особенно про Сережу. Про то, как ты — случайно столкнула его с обрыва в детстве, потому что он отобрал твою куклу. И как удачно все сошло тебе с рук. Все решили, что это несчастный случай.

Даша онемела. Ее сердце бешено заколотилось. Она думала, что навсегда похоронила это.

— Я не хотела! — выдохнула она. — Это был несчастный случай!

— Не врать! — рявкнул он. — Ты там все подробно расписала. Как стояла и смотрела, как он тонет. И как тебе было… интересно. Я три года жил с чудовищем. С детоубийцей.

Он бросил в сторону дерева сверток. — Вот еда. Хватит дней на пять. Воды ручей в ста метрах отсюда, слева. Если, конечно, ты сможешь доползти. И если волки тебя не найдут раньше. Они тут, я следы видел.

Он сел в машину и захлопнул дверцу. Даша в исступлении дергалась, пытаясь разорвать скотч. Кора дерева впивалась ей в спину.

— Василий! Я все расскажу! Все! Про тебя! Про твои аферы на работе! Я же все знаю! — это была ее последняя попытка.

Он высунулся из окна. Его лицо было спокойным. — Уже нет. Пока ты была на своем йога-семинаре, я все чисто прибрал. И оформил на тебя. Документы в сейфе. Если меня что-то случится, полиция первым делом придет к тебе. Удачи, Даш. На природе.

Машина тронулась и скрылась за поворотом. В лесу воцарилась тишина, нарушаемая только ее прерывистым дыханием.

Даша закрыла глаза, пытаясь совладать с паникой. Она посмотрела на сверток с едой. Он лежал слишком далеко. Потом ее взгляд упал на брошенный мужем использованный шампур. Валялся в стороне, метра в трех от нее. Острый, металлический.

Она изогнулась, оценивая расстояние. Невозможно. Но другого шанса не было. Упираясь пятками в землю и царапая спину о кору, она начала медленно, сантиметр за сантиметром, сползать вниз по стволу. Скотч впивался в кожу, оставляя кровавые полосы. Она стиснула зубы, продолжая движение.

Прошел час, maybe больше. Она почти лежала на земле, одна рука была почти свободна. Измученная, в крови и поту, она наконец дотянулась до шампура.

Еще сорок минут ушло на то, чтобы перерезать ленты. Когда последняя лопнула, она рухнула на землю и разрыдалась от боли и облегчения.

Она доползла до ручья, напилась и промыла раны. Ночь провела, забившись в дупло старого дерева, прижимая к себе шампур как оружие.

Утром, ориентируясь по солнцу, она пошла на восток. Через несколько часов вышла к грунтовой дороге. Ей повезло — мимо ехал лесник на уазике. Он подобрал ее, испуганную, оборванную, с дикими глазами.

Через два дня Даша стояла на пороге их с Василием квартиры. Дверь открыла незнакомая женщина.

— Вам кого?

— Я… я здесь живу. Это моя квартира.

Женщина удивленно подняла бровь. — Мужчина, Василий, продал нам эту квартиру неделю назад. Быстро, за полцены. Мы уже все документы оформили.

Даша медленно спустилась вниз и села на лавочку у подъезда. У нее не было ни дома, ни мужа, ни работы. Только знание, что человек, с которым она прожила три года, оказался таким же монстром, как и она сама. И ее единственным трофеем был старый, испачканный землей шампур, который она все еще сжимала в руке.