В России расщепление сознания стало главным инструментом подавления гражданской воли.
Впервые синдром выученной беспомощности был описан американскими психологами Мартином Селигманом и Стивеном Майером в 1967 году. Первые эксперименты проводились на животных, а зат...
Показать весь текст ответа
В России расщепление сознания стало главным инструментом подавления гражданской воли.
Впервые синдром выученной беспомощности был описан американскими психологами Мартином Селигманом и Стивеном Майером в 1967 году. Первые эксперименты проводились на животных, а затем опыты были поставлены и на людях. Выученную беспомощность Селигман сформулировал как состояние, возникающее в ситуации, когда нам кажется, будто от нас ничего не зависит и мы не можем ничего сделать, чтобы предотвратить или изменить неприятные события.
Беспомощность проявляется в трех сферах: мотивационной, эмоциональной и когнитивной. В мотивационной - потерей веры в себя и желания влиять на ситуацию. В эмоциональной - подавленностью, вплоть до глубокой депрессии. В когнитивной - неспособностью обучаться тому, как выйти из сложившейся ситуации. Похоже, самый масштабный эксперимент по погружению людей в это состояние проводится сегодня в РФ.
В нашей стране синдромом выученной беспомощности страдает, по оценкам социологов и психологов, до 90% населения. Впрочем, это можно заметить и без ученых.
Десятки миллионов граждан погружены в сомнамбулическое состояние, граничащее с потерей инстинкта самосохранения. Они ненавидят власть, но патологически боятся ее смены. Они ощущают несправедливость и незащищенность, но терпеть не могут борцов за гражданские права. Они ненавидят чиновников и правительство, но выступают за тотальное государственное вмешательство во все сферы жизни.
Они проклинают коррупционную структуру, но благословляют властную вертикаль, на которую насажены, как шашлык на шомпол. Они боятся полиции, но хотят усиления полицейского контроля. Они все более нищие, но восхищаются богатыми. Они чувствуют себя обманутыми, но верят телевизору. Они не только не могут, но и не хотят на что-то влиять.
Страдая комплексом жертвы, они верят, что от них ничего не зависит и им не под силу ничего изменить. “И всегда так было”, - отмахиваются они, подписываясь под своей гражданской недееспособностью, на самом деле страдая синдромом выученной беспомощности.
войдите, используя
или форму авторизации